Как девочка, играющая в куклы

в столетия расширенной семейки,

поскольку персонажей не хватало,

медведя назначала женихом.

И розовый цветок ему за ухо.

И, сколько хватит уличной скамейки,

высаживала свадебное стадо

и думала о будущем легко.

 

И прятались тогда за дверью детской

надежды на мистические встречи,

фантазии, разбитые коленки

и сказки, что окажешься в раю,

щенок, игравший тётушку невесты,

фата из тюли, нитки для колечек,

печение, варение и пенки

и что ещё на свадьбе подают.

 

Оглянешься — и в камень превратишься.

Пророчилось — и не сбылось ни слова.

Всё та же клетка, та же канарейка,

привычный заместительный медведь.

Затасканный, но тридцать третий лишний.

Не будет да и не было иного.

И, сколько хватит уличной скамейки,

на ней с тобою некому сидеть.