По правилу войны — по общему врагу...
И скотчем на рукав, на Шлосскирхе, на шею...
Равноудалены бегущие в снегу
охотники, собрав убитых из траншеи.

Когда теряют смысл вся прожитая жизнь,
история, страна, наука и система
и, устремляясь ввысь, ты попадаешь вниз —
задача решена, проброс или проблема.

Я так тебе скажу за память — лишь она
сбивает с толку нас флешбэками о прошлом.
Зато придворный шут, назначенный дурак,
лишь выкатят приказ — и в спальне горсть горошин.

Попробуй протяни лет пять на острие
без шифта парадигм и внутренних конфликтов.
Элейский Парменид, ты сам небытие.
Пока включают гимн, ты сам себе предиктор.

Когда Небесный суд вернётся в зал чудес,
на время отложив псалтерии и лютни,
и там — лицом к лицу — с походом, на развес
отпустит новой лжи — перевернётся Лютер,

как миленький пойдёт, поддерживая строй...
И новая Болейн с подушкой перед плахой...
Мол, прерванный полёт — лишь в плоскости другой.
На том же корабле, но только в форме праха.

И ты, читатель мой, предчувствуешь пуант
сожжённого листа, смирительной морали.
И новый позывной, и антидепрессант...
Но караул устал, присяжные устали.